Киногерой со знаком зет 5 букв

Зорро — Википедия

З - первая буква; О - вторая буква; Р - третья буква; Р - четвёртая буква; О - пятая буква. Всего в ответе на сканворд 5 букв. Киногерой Алена Делона. Зо́рро (исп. Zorro — лис, или Сеньор Зорро, исп. Señor Zorro; на испанском его имя более чтобы оставить его отличительный знак — букву Z, которую он наносит Образу Зорро посвящена книга Андрея Шарого «Знак Z: Зорро в книгах и на экране» () История мира в 5 журналах и 3 комиксах. испанский Робин Гуд. рисовал шпагой букву «Z». «знак » (режиссер Витторио Гасман). киногерой Алена Делона. киношный защитник бедных. « знак.

Красноармейцы жестоко подавили мятеж моряков в Кронштадте. Новообразованные Чехословакия и Королевство сербов, хорватов и словенцев строили независимость. Афганистан добился самостоятельности от Великобритании. В другом полушарии Соединенные Штаты осваивались с положением самой богатой страны мира. По обе стороны Атлантики в искусстве наступали art deco и мода на джазовую музыку. В бывшей калифорнийской метрополии Мехико революционный президент Венустиано Карранса пытался покончить с наследием разрушительной гражданской войны.

Но обычный человек с улицы не желал жить всеми этими проблемами. Его-то как раз манила выдуманная романтика, а Джонстон Маккалли хорошо освоил ремесло сочинителя.

Но в потоке развлекательной литературы, заполонившей Америку, и не такие книги оставались незамеченными, многим не хватало одного внешнего толчка, первой яркой искры внимания, от которой разгорается костер популярности. Не дремали и в журналах: Автор добавил в репертуар героя комические трюки, и тот приблизился к образу, созданному Фербенксом. Это, однако, ничуть не смутило писателя: Иногда о двойной жизни Диего Веги знает его отец, дон Алехандро, иногда — глухонемой индеец-слуга Бернардо, монах Фелипе или пират Бардосо, но читатель, как считается, ни о чем не догадывается.

В — годах Маккалли подготовил для публикации в этом журнале еще четыре большие новеллы о Зорро. Два разбойника в черных масках — из кинофильмов и из книг — так и идут рука об руку: Что же касается Маккалли, то он посвятил Зорро в общей сложности четыре романа и пятьдесят семь рассказов и новелл. При жизни автора истории о Зорро вышли на двадцати шести языках; аудиторию книг Маккалли о приключениях благородного калифорнийского разбойника некоторые эксперты оценивают в миллионов человек.

Вот перечень произведений Джонстона Маккалли о Зорро [3]: All-Story Weekly, август-сентябрь Cavalier Classics, сентябрь Short Stories for Men Magazine, апрель Зорро Джонстона Маккалли — застывший во времени герой.

Да ему и не к чему развиваться: Об этих качествах позволяют судить даже немудреные названия, которые давал своим занимательным журнальным историям Маккалли.

Все, что Маккалли хотел сказать о Зорро, он изложил в первом романе, центр сюжетного напряжения которого — в идее об изнеженном дворянине, по ночам превращающемся в рокового кабальеро. Маккалли, конечно, не первым употребил этот литературный ход, своего героя он изобрел не на пустом месте. Эксперты давно вычислили, какие реальные фигуры хотя бы отчасти послужили прототипами Зорро.

Среди прочих называют ирландского авантюриста XVII века Уильяма Лампорта, перебравшегося за океан и получившего известность при дворе вице-короля Новой Испании под именем Гильена Ломбардо. Бретер и женолюб, прекрасный фехтовальщик и знаток многих языков, Лампорт-Ломбардо отличался редким для своей эпохи либерализмом взглядов и отменной политической неразборчивостью.

Он предлагал ограничить полномочия монарха конституцией, намеревался провозгласить независимость Индии и провести в Новом Свете радикальную земельную реформу. В результате, в году по приговору инквизиции Лампорта сожгли на костре.

Тем не менее это имя в контексте творчества Джонстона Маккалли упоминается. Другой возможный предтеча Зорро — земляк Диего Веги, индеец из калифорнийского племени йокут по имени Эстанислао. Воспитанный и получивший какое-то образование в католической миссии, Эстанислао в году поднял индейское восстание, собрав маленькую армию в несколько сот человек.

Бунтовщики промышляли по ночным дорогам и грабили поселенцев в окрестностях реки Лакисимас, а Эстанислао время от времени оставлял на месте преступлений росчерк шпаги в виде буквы S. Мексиканскому генералу Мариано Вальехо потребовались четыре военные экспедиции, чтобы утихомирить смутьянов. Благодаря заступничеству монахов Эстанислао получил прощение властей и еще несколько лет прожил в миссии Сан-Хосе, обучая индейских детишек грамоте. Умер он в году, как предполагают, от оспы. Эстанислао был не единственным ночным разбойником, претендовавшим на благородство помыслов и поступков.

После установления американской власти в Калифорнии гремело имя предводителя банды народных мстителей под предводительством Хоакина Мурьеты, легенды о нем закрепились в многочисленных литературных произведениях. Джонстон Маккалли не мог не знать этого имени и не читать этих книг.

Самым знаменитым из вымышленных предшественников Диего Веги считается несправедливо обездоленный средневековый английский дворянин Робин Фицзус, более известный под именем Робина Гуда.

Киношный герой со знаком z - слово из 5 букв в ответах на сканворды, кроссворды

Его врагов, шерифа Ноттингемского и принца Джона, отличала та же патологическая неспособность и при сотой встрече узнать в предводителе лесных разбойников сэра Робина из Локсли, что и неприятелей Зорро, которые раз за разом попадались на одну и ту же уловку кабальеро в черном плаще. Пайл обработал четыре с лишним десятка баллад и легенд о Робине и его молодцах: А вот в другом два эти писателя сходятся: Большинство исследователей признают связанную с Робином Гудом литературную традицию слишком широко распространенной для того, чтобы именно она могла послужить Джонстону Маккалли творческим толчком.

В качестве непосредственного источника вдохновения, как считают литературоведы, автору книги о Зорро больше подходит другой персонаж, благородный мститель эпохи Великой французской революции по прозвищу Алый Первоцвет, The Scarlet Pimpernel.

Актер Лесли Хоуард в роли Алого Первоцвета. Фильм режиссера Гарольда Янга, год. Наследница знатного дворянского рода, дочь будапештского композитора Феликса Орци, она вышла замуж за британского аристократа Монтегю Барстоу и переехала в Лондон.

Написанный на ее основе и опубликованный через два года роман стал бестселлером, за минувшее столетие он был переиздан, экранизирован и поставлен на театральной сцене десятки. Мастер интриги, этот герой предстает и тщеславным английским аристократом сэром Перси Блэкени, и бесстрашным неуловимым Алым Первоцветом, чья цель — уберечь дворян от железных челюстей гильотины.

Интрига закручена вокруг переживаний жены Блэкени, красавицы-француженки Маргерит. Ее любимый брат Арманд, член Лиги Алого Первоцвета, схвачен парижскими властями. Спасти его жизнь Маргерит может, лишь выдав французскому послу в Англии самого Алого Первоцвета. Она и не подозревает, что спаситель благородного сословия — ее безвольный богатенький супруг.

Сэр Перси неизменно уходит от преследования революционеров и в конце концов воссоединяется с любимой супругой, прощая ей невольное предательство. Развивая литературный успех, до конца тридцатых годов баронесса сочинила еще дюжину книжек о приключениях Алого Первоцвета, его предков или наследников.

Произведения Орци, среди персонажей которых фигурировали Максимилиан Робеспьер, Жорж Дантон и прочие деятели французской истории, написаны в контексте реальных событий, но, конечно, не являются образцом аккуратистского подхода к прошлому.

В Англии, да и во всей Западной Европе, романы о Первоцвете получили такую популярность, что, когда сын баронессы Джон Монтегю Орци-Барстоу решил по примеру родителей стать писателем, то в качестве псевдонима он выбрал имя знаменитого героя романов своей матери — Джон Блэкени.

Исследователи творчества Джонстона Маккалли полагают, что он был знаком с романами баронессы Орци и хотя бы отчасти воспользовался их фабулой. Это, надо признать, подтверждает и сюжет романа о Зорро.

Маккалли блестяще интерпретировал идею о боевом фирменном стиле положительного героя. Изображение лисицы в романе не появляется ни разу, однако, учитывая бытовавшие в Калифорнии индейские обычаи, этого зверька вполне можно считать тотемным животным Диего Веги.

Милая привычка маркировать тела поверженных врагов кровавой печатью тоже коренится в архаических верованиях язычников. Только в поздних киноверсиях Зорро комическим образом оставляет свою характерную отметину на камзолах или штанах противников — поначалу-то он целил в щеку, в лоб или вырезал Z-эмблему на обнаженной груди врага в качестве расплаты за жестокость негодяя.

Век назад такие нравы садистскими, очевидно, не считались. Едва ли Маккалли ставил перед собой задачу соткать достоверное историческое полотно, но он хорошо представлял себе Калифорнию начала XIX века. И по мере сил соблюдал точность в деталях; в тексте романа критики находят, например, даже подтверждение тому, что Маккалли удосужился для описания батальных сцен изучить основные приемы классической школы испанского фехтования.

Писатель верно подмечает, что калифорнийские ранчо были организованы по принципу феодальных европейских владений, в которых патернализм сочетался со строгой социальной иерархией. Переселенцы берегли испанские традиции, как фамильное серебро.

Принадлежность к аристократии определялась благородством рода, богатством, положением в обществе и закреплялась точным следованием католической морали и ритуалам поведения своего класса. Скажем, незамужней дочери не позволялось оставаться наедине с посторонним мужчиной, рядом обязательно присутствовала ее мать или дуэнья. Глава семьи был до такой степени авторитарен, что определял даже время, когда подросший сын мог начинать бриться.

Эти замашки нашли отражение и в историях о Зорро. Диего, например, приступил к ухаживаниям за Лолитой по настоянию отца; все главные герои книги озабочены своим происхождением. Делая предложение Лолите, Диего говорит ее отцу дону Карлосу Пулидо: Не раз и не два автор напоминает, что настоящие кабальеро в своих помыслах и поступках подчиняются зову голубой крови, а люди низкого происхождения такого зова вовсе не слышат.

О слугах-индейцах герои Маккалли высказываются с пренебрежением, девушки низших сословий существуют для кабальеро лишь в качестве мишеней для эпизодического чувственного наслаждения. Зорро, естественно, демонстрирует полный набор правил из кодекса рыцарского поведения испанской аристократии: В обеих своих ипостасях Диего-Зорро изысканно вежлив, никогда не теряет спокойствия, следит за языком, не бранится, отпускает в адрес разъяренных противников колкие шутки, распаляющие бессильную злость этих негодяев.

Освоение Нового Света деформировало и обострило кастильское представление о мужественности. Для такого экземпляра презрение к опасности и смерти есть оборотная сторона отношения к женщине как главному объекту подчинения.

В Мексике этот особый тип мужской брутальности когда чувство абсолютного превосходства смешано с комплексом неполноценности получил наименование chingon. Зорро Джонстона Маккалли — не только квинтэссенция мужского начала; черная маска разбойника скрывает глубокий комплекс неуверенности в. По такому лекалу скроена семья калифорнийского аристократа Карлоса Пулидо.

Теперь изменился сам смысл понятия маскулинность, которое во многом растеряло социальное значение и превратилось в жупел слегка карикатурного сексуального вызова, да и в Европе реальности Нового Света воспринимаются по-своему. Столетие назад сеньорита Пулидо закатывала глаза, стоило благородному незнакомцу чмокнуть ее в ручку; в году актрисе Кэтрин Зета-Джонс для возбуждения недостаточно и того, что Зорро изящными движениями шпаги срывает с нее одежду.

Именно так относится к Лолите Пулидо бесцеремонный капитан Рамон, грубо добивающийся от красавицы любви-подчинения. Так же, по сути, воспринимает Лолиту Пулидо и галантный Зорро, готовый защищать возлюбленную до последнего вздоха, однако в той же степени, как и Рамон, уверенный в превосходстве любого настоящего мужчины над любой женщиной. Сама Лолита если чего и ждет от мужчины, то завоевания. Она открыто требует от апатичного дона Диего выполнения петушиного набора ухаживаний: А тому, кто, как Зорро, умело проявит способности завоевателя, сеньорита готова навсегда отдать свое сердце: Это доказано и семейной историей: Первая киноинтерпретация романа о Зорро.

Дуглас Фербенкс в роли благородного разбойника сражается с капитаном Рамоном за честь прекрасной дамы. Джонстон Маккалли не выстраивает вокруг приключенческого рассказа о Зорро сколько-нибудь внятного общественно-политического контекста.

Это верно, книга Маккалли — в последнюю очередь политический манифест, однако, насаждая справедливость, Зорро неизменно сражается против посланцев испанского правительства и репрессивного режима, установленного в благословенной Калифорнии Мадридом.

Организованное Зорро Общество мести, куда по первому призыву разбойника с энтузиазмом вступают три десятка молодых кабальеро, имеет все признаки тайного антиправительственного клуба. Возьмите шпаги и атакуйте! Изгоните вороватых политиков, защитите монахов, которые тяжелым трудом обеспечили нам возможность жить на этой благодатной земле!

Глухонемой слуга Бернардо и его соплеменники интересуют дона Диего лишь в отдельных случаях: Ведь ни одну другую букву латинского алфавита невозможно оставить на лице униженного противника столь изящным росчерком шпаги. В отличие от сэра Перси Блэкени, который воюет со сторонниками определенного общественного выбора, дон Диего Вега не ставит перед собой конкретных политических задач.

Зорро безжалостно, но всегда по справедливости наказывает тех, чье поведение не соответствует его представлениям о чести. Вряд ли, выдумывая приключения Зорро, писатель предполагал, что через несколько поколений специалисты будут столь пристально изучать его произведения, подвергая их скрупулезному анализу.

В конце прошлого века в исторических калифорнийских журналах развернулась оживленная дискуссия о том, в какой степени корректен с научной точки зрения созданный Маккалли литературный материал. В калифорнийском мире Маккалли миссии и ранчо сосуществуют, и те и другие равно важны; автор соединяет два разных временных пласта. Правда, делает он это не слишком тщательно; понять, когда именно развивается действие романа, по его тексту невозможно.

Таким образом, можно предположить, что события в романе развиваются примерно в середине х годов, но в это время Калифорния уже вошла в состав США, что не соответствует фабуле.

Эти и другие фактические погрешности в тексте Маккалли обнаружит любой внимательный читатель. Автор, например, сообщает разные данные о возрасте главного героя: Однажды по ходу действия Зорро пересекает на своем скакуне эвкалиптовую рощу, но эвкалипты, как подметили знатоки, завезены в Калифорнию из Австралии только через несколько десятилетий после того, как под их кронами проскакал благородный разбойник.

Драматические события, которые переживала в ту пору Калифорния и которые определили ее будущее: Другие критики перечисляют многочисленные ошибки, часть из которых писатель, вполне вероятно, совершил осознанно, для упрощения сюжета.

Таверны, в которой начинается и заканчивается действие романа, не существовало, как не существовало в Калифорнии и таких красивых зданий, как особняк семьи Вега: Гражданские поселения pueblo управлялись не военными комендантами, а алькальдами. Испанская Калифорния развивалась и строилась медленнее, чем об этом можно судить по тексту романа: Социальная структура общества была далеко не так развита, как в Испании или в других, успешнее колонизированных испанцами землях.

Калифорния начала XIX века оставалась самым далеким и самым отсталым владением испанской короны, отчасти потому и была сначала Мадридом, а потом и Мехико потеряна. Всей этой армии исследователей и фанатов, переваривающих наследие калифорнийского разбойника теперь и я тоже в их численеобходимо выбрать хотя бы относительно произвольную точку отсчета. Несмотря на фактические несоответствия в текстах Маккалли, установлено, что дон Алехандро Вега и его жена Никита де ла Крус прибыли в Калифорнию в году, то есть в год основания селения Ла-Рейна-де-Лос-Анхелес.

Через год у них родился сын Диего. Чикита де ла Крус скончалась, когда ее сын был еще мальчиком или юношей, в связи с чем Диего отправили учиться в Мадрид. На родину молодой кабальеро возвращается за несколько месяцев до того, как ему суждено в году примерить маску Зорро.

К этому времени губернатору-интригану Луису Кинтеро и коменданту военного гарнизона капитану Хуану Рамону удалось сместить Алехандро Вегу с должности алькальда Лос-Анхелеса. Свадьбе Диего Веги и Лолиты Пулидо, о которой объявляется в заключительной главе романа, препятствует с помощью пирата Бардосы неизвестно каким образом воскресший после смертельного удара шпаги Зорро капитан Рамон.

Свадьбу, однако, вновь откладывают: Лолита на три года оставляет жениха и отправляется в Испанию поправлять пошатнувшееся здоровье. Главным врагом Зорро этого времени становится новый негодяй, опять капитан, по фамилии Монастарио.

В или году Диего отправляется в Испанию, чтобы вернуться в Новый Свет вместе с невестой. И этот злодей повержен, Диего и Лолита наконец обвенчаны — и вот всего через несколько месяцев молодая жена умирает от лихорадки. Антонио Бандерас в фильме Мартина Кэмпбелла. Таким образом, время действия шести десятков произведений Джонстона Маккалли о человеке-лисице ограничивается пятилетним периодом. Многочисленные последователи Маккалли в литературе и кинематографе пошли куда дальше: Понятно, всей этой приключенческой библиотеке-видеотеке из сотен наименований не суждено было бы появиться на свет, если бы полицейский репортер Джонстон Маккалли однажды вдруг не увлекся историей испанской Калифорнии.

Собранные под одну обложку, главы романа сохраняют все особенности журнального сериала: У этого автора неплохое чувство юмора, вкус к элегантному слову, в сюжете нет лишних или второстепенных деталей. Манера письма Маккалли напоминает стиль авантюрных романов Александра Дюма. Некоторые литературоведы, кстати, находят сходство между Зорро и знаменитым героем Дюма, марсельским моряком Эдмоном Дантесом, получившим несметное богатство и перевоплотившимся в графа Монте-Кристо, чтобы наказать негодяев и вознаградить праведников.

Зорро, правда, не пользуется финансовыми ресурсами семьи Вега; он поступает проще: Раздвоение его личности в книге Маккалли — не способ отомстить, а способ восстановить справедливость. Вероятно, для простоты восприятия автор сделал свою книгу похожей на расширенное оперное либретто: Первая сцена в таверне очевидно, для удобства посетителя кабинета дантиста или пассажира железнодорожного экспресса, листающих журнал разделена на четыре короткие главы.

Как заметил историк литературы Уильям Стоддард, все герои Маккалли театральны, и в хорошем, и в плохом смысле. Поэтому функциональные персонажи Маккалли лишены глубины, поэтому сюжет его романа таит лишь поверхностную загадку. Сейчас это уже не кажется недостатком, поскольку вряд ли найдется читатель, который, взяв в руки книгу о Зорро, хотя бы в общих чертах не знал ее фабулы.

Но даже если такой простак и обнаружится, ему будет несложно уже в первых главах разгадать секрет Диего Веги и его двойника, а к концу романа это сладкое чувство знания еще усилится: Несмотря на простоту повествования Маккалли, историки литературы считают образ Зорро более глубоким, чем образы тех супергероев с двойными личностями, которые появились в американской бульварной литературе после Диего Веги, вроде Супермена и Бэтмена. Молодой Вега, без сомнения, самая удачная находка автора: Кстати, жизненная позиция молодого Веги хотя и цинична, но не лишена логики: К чему рисковать жизнью, которая дается только один раз, если можно избежать схватки с противником или откупиться от него?

К чему серенадами и галантностью завоевывать расположение девушки — ведь состояние служит лучшим аргументом в дискуссии о любви и свадьбе? Гордая Лолита Пулидо восстает против такого цинизма, однако не будь благородного и бессмысленно отважного Зорро, вряд ли бы ей удалось доказать Диего Веге свою правоту. Диего Вега — самый сочный плод вдохновения Джонстона Маккалли и главный источник его писательского благополучия, но плод и источник далеко не единственный.

Испанская и мексиканская Калифорния оставалась для Маккалли любимым театром литературных действий. Богатая калифорнийская история с драматическими столкновениями и переплетениями индейской, латинской, англосаксонской культур дала писателю сюжеты для книжек с красноречивыми названиями: Несколько авантюрных романов и детективов Маккалли в двадцатых годах опубликовал под псевдонимом Гаррисон Стронг.

Для журнальных сериалов он использовал еще десяток выдуманных имен, в том числе и женских: Второй после Зорро по значимости и популярности персонаж Маккалли — разбойник Черная Звезда; рассказы и книги о нем тоже переиздаются до сих пор. Черная Звезда — преступник-джентльмен, в его характере угадываются черты Зорро: Рассказы о похождениях Черной Звезды в конце тридцатых годов писатель объединил в четырех сборниках.

Эти истории собраны под обложками двух книг: Дельтон Пруз — бесшабашный искатель приключений, который — вот новость! В отличие от Зорро и Черной Звезды с их склонностью к трагической моде, Пруз наряжается в белый клоунский наряд, но и он не обходится без газового пистолета. В общей сложности Джонстон Маккалли придумал с полдюжины таких вот симпатичных разбойников: Этого плодовитого писателя причисляют если не к основоположникам, то к характерным представителям современного приключенческого романа, той разновидности жанра, где богатая фантазия восполняет недостаток достоверности.

И поэтому в том, что выдуманный Зорро стал куда знаменитее своего создателя, тоже есть своя железная закономерность. Хозяин таверны рассказывает о торговце лошадьми Фелипе Гарсо, который обманывает покупателей, скупает краденых коней и жестоко обращается с индейцами: Гарсо в это время на площади истязает кнутом невинного индейца. Хозяин таверны сожалеет, что борец за справедливость Зорро давно не появлялся на большой дороге.

Диего выходит на улицу и знакомится с Гарсо, который старается произвести на своего собеседника впечатление неотесанного мужлана. Однако Диего замечает, что у Гарсо благородная осанка и дворянская стать. С ним согласен одноглазый Бардосо, бывший пират. Капитан Торельо и Фелипе Гарсо обсуждают, как расставить ловушку для Зорро. Появляется Диего и просит у капитана выделить ему для поездки на асиенду Карлоса Пулидо сержанта Гонсалеса в качестве сопровождающего: Лос-Анхелес полнится разговорами о том, что Зорро близко.

Вместе с сержантом Диего прибывает на асиенду и, распрощавшись с Гонсалесом, отправившимся пропустить стаканчик вина, облачается в костюм разбойника: На черной одежде Зорро светящимся фосфором нарисован скелет. Пробравшись в окутанное темнотой селение, Зорро распугивает солдат, которые уверены, что столкнулись с привидением. Тут появляется Зорро и, в короткой речи разоблачив замысел капитана Торельо, вступает с Гарсо в смертельную схватку.

Зорро исчезает в ночи. Капитан Торельо собирает попрятавшихся в ужасе солдат и отправляется на поиски разбойника. У асиенды семьи Пулидо отряд встречает дона Диего и сержанта Гонсалеса: Всадник в костюме Зорро появляется в селении индейцев племени кальенте и призывает к борьбе против белых поселенцев: В Лос-Анхелес назначен новый командир гарнизона, капитан Маркос Лопес, один из друзей которого — недавно приехавший из Сан-Франсиско кабальеро, дон Мигель Себастиано.

Старый пират Бардосо рассказывает дону Диего Веге о появлении Зорро в индейском селении. Диего приходит к выводу, что под маской Зорро может скрываться Мигель Себастиано.

  • Категория:Слова из 5 букв/ru
  • Киношный герой со знаком z - слово из 5 букв
  • Ответы на последний кроссворд АиФ 48 от 28.11.2018

Это предположение подтверждается, когда в таверне дон Диего знакомится с Себастиано. Тот напрашивается на ссору, иронизируя по поводу любви дона Диего к поэзии. Себастиано интересуется, не занимается ли дон Диего еще и рукоделием.

Сваты 6 (6-й сезон, 13-я серия)

Дуэль предотвращает капитан Лопес. Капитан решает заманить Зорро в ловушку: Отряд сержанта Педро Гонсалеса должен тем временем поджидать Зорро в засаде. Однако о плане Лопеса узнает друг дона Диего, индеец Йосу. Разгадав намерения капитана, Диего надевает костюм Зорро и отправляется в таверну. Благородный разбойник заявляет Лопесу: Зорро доказывает обратное, в ходе дуэли оставляя на лице Лопеса фирменный знак. Йосу находит в каньоне спрятанный Себастиано костюм Зорро. Дон Мигель пытается отыскать свои плащ и маску, однако попадает в плен к индейцам, которые уверены, что схватили настоящего Зорро.

Индейцы привозят пленника в Лос-Анхелес к неудовольствию командира гарнизона. Обман становится очевидным, и Лопес вынужден открыть правду собравшимся кабальеро. Тут появляется настоящий Зорро и, заявив, что дон Мигель должен ответить за свои поступки, вступает с ним в схватку. Враг Зорро повержен, на его щеке появляется кровавая буква Z. Нанеся последний удар, Зорро шепчет противнику: Зорро скрывается от погони солдат. В костюме дона Диего, с книгой стихов в руках, он направляется в таверну.

Тем временем солдаты Лопеса окружают поместье семьи Вега: Они заявляют капитану, что благодарны ему за попытку схватить Зорро, но не нуждаются в защите солдат.

В Лос-Анхелес приезжает бретер и насильник Эстебан Санчес, известный задиристостью и готовностью убивать людей без всякого повода. В штабе гарнизона Санчес встречает капитана Ортегу и предъявляет ему подписанные губернатором бумаги. Санчес прибыл в Лос-Анхелес, чтобы разыскать и ликвидировать Зорро. Ортеге предлагается оказать содействие; в случае успеха его и его солдат ждет награда.

Несколько дней Санчес проводит в таверне, ввязываясь в ссоры со всеми подряд. Он громко разглагольствует о трусости Зорро, похваляясь своей удалью. В конце концов, дон Диего решает, что пришла пора действовать. Санчес получает письмо от Зорро, в котором благородный разбойник вызывает наглеца на поединок.

Вдоль дороги в миссию Сан-Габриэль прячутся в засаде солдаты капитана Ортеги, однако Зорро не появляется в назначенное время на условном месте дуэли. Санчес приходит в ярость.

Вскоре Зорро пишет еще одно письмо: Санчес продолжает пьянствовать в таверне, издеваясь над индейцами и пеонами. Разгневанный очередной выходкой Санчеса, избившего слугу, Зорро предстает перед негодяем со шпагой в руке. Зорро наносит противнику ранение в руку: Ты больше не сможешь никого заколоть ударом шпаги! А в таверне появляется дон Диего, по своему обыкновению вялый и заспанный.

В окнах зажегся свет, из печных труб показался дым. Воздух наполнился ароматами горящего дерева и жареного мяса. Калифорнийская экономика сильнее экономики России. Сейчас это самый населенный и один из самых богатых штатов самой развитой в мире страны. А всего двести лет назад Калифорния была дикой и практически неосвоенной европейцами страной на самом краю географии. В отдаленные районы вице-королевства Новая Испания даже важные новости доходили с большим опозданием.

О том, что Испания в сентябре года потеряла контроль над Мексикой, в Калифорнии узнали только следующим летом, а до того лишь беспокоились, что корабли из южных портов Сан-Блас и Панама с зарплатой для солдат и святыми книгами для монахов задерживаются дольше обычного. Городов в этих краях еще не существовало, английская речь считалась диковинкой, трапперы с севера и востока забредали редко.

Из соседних францисканских миссий Сан-Габриэль и Сан-Хуан-Капистрано сюда вела широкая по местным представлениям дорога, на которой всадник мог разминуться с повозкой.

В Калифорнии той поры не зрели виноградники, не росли, как сейчас, персиковые сады и цитрусовые рощи. Но изменения происходили. Всего-то через столетие большой город на берегу залива Санта-Моника за яркость и роскошь получил совсем не ангельское прозвище Большой Апельсин. Американским штатом номер 31 Калифорния стала в году, до того пережив три столетия робких попыток испанской, английской, французской, даже русской колонизации.

Первые закованные в латы конкистадоры ступили на калифорнийскую землю еще в начале XVI века, однако двести с лишним лет Мадрид мало занимался этой труднодоступной заморской территорией.

Великая империя лишь коснулась Калифорнии острием своей колониальной шпаги. Носителями цивилизации и истинной веры выступали монахи.

Первой зоной освоения стал юг Калифорнийского полуострова, системой поселений на этих землях руководили сначала иезуиты, потом доминиканцы. С по год, закрепляя испанское влияние, отряды священников и солдат один за другим отправлялись в дальние походы вдоль побережья, на север. На пути от Сан-Диего до Сан-Франсиско возникла череда немноголюдных поселений, религиозных миссий, форпостов христианства, словно спица, пронзившая огромную территорию с юга на север. Согласно контракту, Гай Уильямс получал два с половиной процента от реализации всей Z-продукции.

Молодое поколение потребителей и телезрителей возвращение Зорро восприняло с энтузиазмом — классные доски в школьных кабинетах, как и стены домов на востоке и на западе США, запестрели граффити в виде буквы Z.

Гай Уильямс продолжал играть славную роль и вне экрана.

Фильмы жанра «Анимация» по алфавиту: на букву «Н» — рейтинг, новинки. Кино на Фильм.Ру

Он появлялся на родео, участвовал в городских парадах и праздниках. В году в Диснейленде прошло несколько красочных шоу с участием главных персонажей сериала. Уильямс по три раза в день сражался на шпагах с Монастарио, который в завершение этих дуэлей падал в реку. К этому же периоду относится выход нескольких газетных и журнальных комиксов о приключениях Зорро. Концепция и формат диснеевского сериала по мере выхода эпизодов на экран претерпевали изменения. Некоторые серии, как поздние новеллы Джонстона Маккалли, в капсульной форме повествуют об отдельно взятых подвигах Зорро: Эту конкретную задачу противодействия злу Зорро исправно решал к тридцатой минуте, когда приходила пора титров, не откладывая восстановления справедливости до следующей пятницы.

Такой сценарный ход оказался удачным и принес дополнительную аудиторию: Во втором цикле телесериала, после бесславного конца капитана Монастарио, в кадре появился новый плохиш — судья Карлос Галиндо. Он организовывал заговоры и приносил невзгоды местному населению под общим руководством еще большего негодяя по прозвищу Орел. Орлом, как выяснилось, оказался местный аристократ, новый алькальд Хосе Себастьян Варга.

Неуловимый мститель, связавший Алена Делона с Антонио Бандерасом

После кончины Галиндо Зорро принялись одолевать другие сообщники Варги, оставлявшие на местах своих преступлений орлиные перья или использовавшие такие перья как опознавательные знаки.

С Муриеттой и его братом Пьетро Зорро сражался четыре серии, после чего пленил негодяев и сдал их сержанту Гарсиа. Смысл заговора Орла прояснился в й получасовке, когда он вступил в переговоры с заграничным дипломатом Джорджем Брайтоном об условиях присоединения Калифорнии к некой иностранной державе. В этой будущей колонии сеньор Варга приглядел себе пост губернатора. Однако Алехандро де ла Вега сформировал маленькую дворянскую армию из числа верных испанскому престолу кабальеро.

Таким образом, по воле сценаристов семья Вега выступила на стороне тех, кого обычно считала главными поработителями Калифорнии. Притворившись сторонником Орла, Диего даже беседовал с другим иностранным гостем, послом графом Колинько. Далекая и не названная в фильме родина Колинько, оказывается, тоже была не против заполучить солнечную Калифорнию. Эта авантюра для дипломата с подозрительно славянской фамилией завершилась трагически: Однако и сам Варга не ушел от возмездия: По обыкновению, главным товарищем по борьбе стал для Зорро вороной конь Торнадо.

Торнадо изображал семилетний жеребец по кличке Diamond Decorator. Декорейтору помогали три дублера: Над сценариями разных групп эпизодов трудились сразу несколько авторов, которым вменили в обязанность дорабатывать и характер главного героя. По понятным причинам — уж очень плотным был график работы — сменяли друг друга и режиссеры. Сцены для разных серий иногда снимали в один и тот же день.

Для первого сезона потребовалось шесть режиссеров и десяток сценаристов. В целом у студии Уолта Диснея получился оригинальный творческий продукт, дающий наглядное представление о тех широких возможностях, которые вдохнуло в киноиндустрию телевидение. Долгий сериал не только диктовал повороты сюжета, но и заставил создателей цикла изменить нрав главного героя.

Уолт Дисней не мог позволить Зорро как следует влюбиться. Этот дон Диего был слишком занят: С другой стороны, столь искушенный кабальеро, как Зорро, не мог беспрестанно ухаживать за одной и той же сеньоритой все 78 серий, а мимолетные интрижки дону Диего категорически возбранялись. Поэтому роковые красавицы в эпопее Диснея играли эпизодические роли, либо бесследно исчезая навсегда уехав в Мексику или в Монтерейлибо оказываясь сообщницами злодеев, либо вовсе симпатизируя другим кабальеро.

Однако зрители требовали любви. На сей раз сценаристы и режиссеры для освежения сюжета и смены декораций отправили Диего де ла Вегу из Лос-Анхелеса в Монтерей с большой суммой денег, которую кабальеро по поручению земляков-предпринимателей должен был выгодно инвестировать. Столкнувшись в Монтерее с попыткой ограбления, Диего заподозрил в организации преступления сеньора Грегорио Вердуго, у которого лос-анхелесские дворяне и намеревались выкупить бизнес.

Словно в знак оправдания переодетый в Зорро Диего тут же принялся выручать отца и дочь Вердуго из разного рода переделок. Анна-Мария, естественно, влюбилась в Зорро и передавала ему романтические послания через… Диего. Семье Вердуго и Диего де ла Веге в Монтерее противостояли самые разнообразные негодяи. С некоторыми, иногда с комической помощью сержанта Гарсиа и его нового подчиненного капрала Рейеса, Зорро справлялся быстро, другие например, солдатская банда Especials во главе с капитаном Брионесом оказывались крепкими орешками.

Сеньорите пришлось выбирать, и в конце концов ситуация сложилась так, что для подтверждения своего чувства Зорро оказался перед необходимостью сбросить маску и сдаться властям, обещавшим разбойнику амнистию. Гай Уильямс, наверное, разорвался бы между сердечной привязанностью и долгом борца за идеалы гуманизма, но Зорро неожиданно выручил старший де ла Вега. Кабальеро вдруг проявил проницательность, неожиданную для человека, который прежде, ни в одном кинофильме и ни в одной книжной истории, не способен был разглядеть в собственном сыне народного мстителя.

Вега-отец вырядился в черные плащ и маску и явился пред губернаторские очи, притворившись Зорро.